«Голос улицы»: опрос участников протестных акций в Беларуси (немного обобщений)

20.08.2020
Оксана Шелест

Исследователи независимого беларусского think tank Центр европейской трансформации (Минск) организовали и провели опрос участников акций протеста.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»!

См. также:

Выводы и наблюдения — без претензии на репрезентативность, строятся на сочетании анализа полуструктурированных интервью и включенного наблюдения на акциях протеста.

Основа для данного анализа — 110 интервью с участниками мирных акций протеста, проходивших 16-18 августа в Минске (16-го августа — «Общегражданский марш за свободу», 17-го и 18-го августа — в основном, акции на площади Независимости).

1. Состав участников акций

Для количественного описания по социально-демографическим характеристикам нужны другие методы, визуальные оценки показывают преобладание молодежи (много подростков) и людей среднего возраста (30-45 лет), нет ощущения преобладания мужчин или женщин.

Нашими респондентами были люди самых разных возрастов: от 18 до 60 лет. Разнообразие профессиональных статусов очень широкое: есть люди из государственного и частного сектора, фрилансеры, ИП; много людей из сферы культуры, образования, «новых индустрий».

Подавляющее большинство пользуется при общении русским языком.

Практически все опрошенные ходили на выборы и голосовали за Светлану Тихановскую (единичные случаи — «не участвовал вообще», «голосовал против всех»; сторонников других кандидатов нам не повстречались). Практически все уверены, что за Тихановскую голосовало большинство, эта уверенность придает Тихановской «народную легитимность» и легализует протест (формально не разрешенный) для его участников («страна — это мы», говорят они).

Уверенность в том, что большинство проголосовало за Тихановскую, основана:

  • либо на знании о том, как голосовали в собственном круге общения;
  • либо на данных с отдельных участков, где Тихановская победила по официальным данным (автоматически признается, что там не было фальсификаций);
  • либо на рассказах наблюдателей и отдельных членов избирательных комиссий, которые видели стопки бюллетеней за Тихановскую и официальные результаты по избирательному участку;
  • либо на основании масштаба фальсификаций (логика состоит в том, что если бы Тихановская не побеждала, не нужны были бы такие массовые и беспардонные фальсификации).

Голосование за Тихановскую по большей части «протестное»: кто-то собирался голосовать за Виктора Бабарико (чаще всего), Валерия Цепкало либо Сергея Тихановского, кто-то решил голосовать за Светлану Тихановскую, чтобы не остался Лукашенко. Часто так и формулируется: «за Тихановскую, т.е. за перемены».

2. Протесты: характер, требования и ожидания

Возмущение откровенными нарушениями во время избирательной кампании, выведением из игры значимых для Лукашенко конкурентов, препятствиями при осуществлении независимого наблюдения и объявленными «80%» — все это стало первоочередной причиной протестов.

Часть людей действительно верила, что поскольку «нас большинство, и это очевидно», ЦИК объявит победу Тихановской. Часть знала, что честных результатов объявлено не будет и была готова к тому, что придется как-то оспаривать результаты после выборов, но даже их «наглая ложь про 80%» сильно возмутила и свела на нет надежды на дальнейшее использование «законных методов» (жалобы, оспаривания, обращение к различным судебным инстанциям), к чему на протяжении всей избирательной кампании призывал штаб Бабарико, а затем и объединенные штабы.

Безусловно, сильным триггером стало насилие со стороны властей в отношении участников акций протеста 9-11 августа, и даже еще большим — сведения и свидетельства о пытках и жестком обращении с задержанными на акциях. У очень многих собеседников пострадал кто-то из близких или знакомых. Оценка произошедшего абсолютно однозначная — как применение непропорционального насилия к мирным демонстрантам и совершенно неприемлемая жестокость в отношении задержанных.

Общие требования высказываются довольно консолидировано: остановить насилие, проведение честных выборов, свобода для всех задержанных и арестованных по политическим мотивам, наказание виновных в насилии. Абсолютно непримиримая (при этом неагрессивная) позиция относительно того, что «Лукашенко должен уйти».

Даже самые убежденные сторонники Тихановской абсолютно терпимы к любому сценарию перехода власти (что еще раз подчеркивает, что важен сам переход). Признать ли Тихановскую президентом или обеспечить проведение честных выборов — не имеет решающего значения. И обратное тоже верно: те, для кого Тихановская при голосовании была только символом, те, кого заботит легитимность процесса, и кто понимает, что пересчет голосов невозможен, в общем, с одинаковым воодушевлением примут любой из этих двух вариантов развития событий, поскольку программа Тихановской все равно состояла в проведении новых честных выборов.

Вера в то, что мирные протесты и демонстрация того, «как нас много», приведут к тому, что требования протестующих будут удовлетворены, снижается: если на массовом марше 16 августа такие настроения были, то уже в последующие дни люди начали осознавать, что этого недостаточно для принуждения власти к выполнению требований. Однако это не является причиной для того, чтобы переставать выходить на акции, не проговариваются, но чувствуются установки на длительное сопротивление.

Особое значение для протестующих имеет мирный характер протестов. После протестных акций 9-11 августа, которые начинались ближе к вечеру, и уличного противостояния, которое заканчивалось иногда к 2-3 часам ночи, в последующие дни протесты «вышли на свет» — не только самоорганизованные акции в разных местах города и «цепи солидарности» по всему городу, но и более массовые общие акции стали начинаться около 18.00 и практически заканчивались к 22-23 часам.

Участники акций проявляют минимум агрессии, даже довольно агрессивные по содержанию посылы и плакаты оформлены скорее в сатирической форме.

Ненасильственность, мирный характер и даже некоторая эстетичность сопротивления подчеркивается некоторыми респондентами как условие собственного участия и как одно из качеств, которое манифестируется (в том числе, в противовес официальным заявлениям о том, что на улицы выходят «наркоманы и безработные»).

3. Символы и манифестации

Акции протеста имеют очень выразительную «плакатность», это действительно демонстрация себя и своей позиции, на акциях присутствует огромное количество самодельных плакатов: от художественно выполненных до распечатанных или написанных от руки прямо здесь же, на акциях.

Наблюдается большое количество креативных и уникальных лозунгов и манифестаций на плакатах. Не претендуя на количественную достоверность, по нашим наблюдениям, наиболее популярных содержательных тем три:

  1. Отставка/уход Лукашенко;
  2. Протест против насилия и ограничения свободы по политическим мотивам;
  3. Протест против фальсификации выборов.

Однако эти три темы оформлены во множестве разнообразных вербальных и визуальных вариантов.

Наиболее популярных лозунгов-«кричалок» тоже три: «Уходи!», «Жыве Беларусь!» и «Верым, можам, пераможам!». 15-16 августа к ним стали добавляться лозунги-требования: «Трибунал!» и «Лукашенко в автозак!», однако им далеко по распространенности до трех лидирующих, и пока непонятно, приживутся ли они.

Еще на последних предвыборных митингах Тихановской пространство стали занимать бело-красно-белые флаги (БЧБ-флаги), начиная с протестов 9 августа, они стали доминирующим символом на акциях протеста. Белые ленты и браслеты, майки с символикой кампании Тихановской на акциях встречаются, однако есть ощущение, что это все осталось от предвыборной кампании, БЧБ-флаги же шьются самостоятельно или раскупаются в больших количествах (ходит шутка о том, что на самом деле у каждого беларуса в сундуке был припрятан БЧБ-флаг, так много и так быстро они заполнили пространство). К акции 16 августа между городами развернулось настоящее «соревнование» за самый большой БЧБ-флаг на демонстрации.

Отношение опрошенных нами участников акций к доминированию БЧБ-символики — от восторженного до лояльного. Закономерный восторг испытывают давние сторонники БЧБ-символики, однако их на этих акциях меньшинство. Для остальных БЧБ-флаг стал символом перемен, солидарности и протеста.

Часто говорят, что БЧБ-флаг стал символом объединения. Можно предполагать, что это произошло во многом благодаря «пустому месту», которое образовывается в существующем противостоянии «общество—власть». Поскольку для большинства участников акций основной акцент — отрицание, у них нет собственной культурно-укорененной символики, не связанной тесно с существующим порядком. Часть протестующих, для которых БЧБ-флаг всегда был способом самоидентификации, были единственными, кто стал приходить со своими флагами, остальные начали с ними солидаризироваться.

Еще одна частая коннотация — протест. Здесь сработала именно нелюбовь режима к БЧБ-символике. Поскольку сегодня люди хотят продемонстрировать в первую очередь то, что они против действующей власти, то берут в руки тот флаг, который этой власти противен.

При этом есть разные градации отношения: часть респондентов считает естественным, что БЧБ-флаг должен стать государственным, часть воспринимает его исключительно как символ протеста. Встречается вполне лояльное отношение к БЧБ-полотнищу при гораздо более скептичном восприятии флага с изображением герба «Пагоня».

4. Координация и лидерство

Волна протестов в Беларуси — именно «волна», децентрализованная организация различных акций разворачивается по принципу «снежного кома». Преимущества и особенности такого разворачивания отмечаются многими. При этом отсутствие политического лидерства определяет туманность и разнообразие представлений о дальнейшем разворачивании ситуации и инструментах достижения целей протестных акций. Общее настроение заключается в том, что каждый «должен делать, что может». Имеет место быть два основных способа рассуждения:

  1. «Перемены — это мы», все изменится совокупными усилиями;
  2. Есть люди, которые окажутся в нужном месте в нужное время, обеспечат процесс перехода, переговоров, проведения честных выборов и т.п.

Ожидание каких-то решений и предложений по этому поводу концентрируется по-прежнему вокруг Тихановской и «штаба» (или «штабов» — в какой-то момент стало трудно понять, существует ли еще объединенный штаб). При объявлении о создании Координационного совета (КС) частично кредит доверия перешел к нему. Нет общих представлений о том, какие задачи должны стоять перед КС, должен ли это быть альтернативный парламент, антикризисный комитет или переговорная группа — люди просто ждут, что из этого получится. Высокий уровень доверия создаваемой структуре при полной неясности ее целей вызывает подозрения в излишней доверчивости, однако пока это скорее принятие и одобрение любой новой инициативы «на нашей стороне».

P.S. Огромное спасибо всем коллегам и волонтерам, которые помогают проводить интервью на акциях. Я уверена, что эти материалы имеют ценность и, безусловно, не только для такого поверхностного и хаотического анализа, который представлен выше, но и для серьезного социологического анализа того, что сейчас происходит и будет происходить в будущем.

Если вы участвуете в акциях протеста и готовы совместить это со сбором информации или готовы помочь с обработкой материалов — пишите, пожалуйста, на адрес электронной почты: marta.aht@gmail.com.

Об авторе:

Оксана Шелест — старший аналитик Центра европейской трансформации, кандидат социологических наук (PhD). Окончила отделение социологии Беларусского государственного университета, аспирантуру Института социологии Национальной академии наук Беларуси. Работала в Институте социологии НАН Беларуси: руководила сектором методики и практики оперативных исследований, занимала должность ученого секретаря, возглавляла отдел технологий социологических исследований. Является экспертом аналитической группы Агентства гуманитарных технологий. Лауреат Премии Международного Конгресса исследователей Беларуси в номинации «Социальные и политические науки» (2013).

Текст впервые был опубликован в блоге в Фейсбуке Оксаны Шелест:

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»: http://t.me/methodology_by!


Другие публикации