Манифест Мацкевича: «Я — гражданин независимой Республики Беларусь и останусь им навсегда»

04.01.2019
Владимир Мацкевич, философ и методолог

Беларусский философ и методолог Владимир Мацкевич рассказал, что он собирается делать в случае возможного поглощения Россией Беларуси, и что уже сейчас можно предпринять для сохранения независимости нашей страны.

Отвести беду, пока она не наступила

Неприятности предсказуемы. Опасности видны издалека. Не стоит дожидаться, пока беда придет в дом, нужно принять меры к тому, чтобы она вообще не наступила. От случайных неприятностей люди страхуются, но большинство неприятностей и бед вовсе не случайны, они возникают от небрежности, беспечности, недальновидности, самоуспокоенности. И от глупости. Это когда люди сами напрашиваются на неприятности, бездумно рискуют, не хотят замечать угрозу.

Угроза потери независимости нашей страны существует с 1994 года, когда три из шести предвыборных президентских программ так или иначе содержали отказ от атрибутов независимости. В 1998 году были подписаны соглашения, которые открывали юридические возможности для поглощения Беларуси Россией. И вот уже 20 лет мы живем с этой угрозой. В минувшем году ситуация обострилась. В СМИ развернулась широкая кампания, содержащая по большей части фейковые новости и домыслы незаслуживающих доверия политиков, экспертов и комментаторов. Информационная волна подкреплялась назначением российского посла с сомнительной репутацией, заявлениями российского премьер-министра на беларусской земле, навязчивыми уверениями беларусского президента о своем суверенитете, налоговом маневром России, участившимися безрезультативными встречами президентов двух стран.

Я помню об угрозе потери независимости, знаю о «дамокловом мече», подвешенном недальновидной и антинациональной политикой режима еще в конце 1990-х годов. Но я ничего не знаю о предмете последних переговоров президентов, о планах и намерениях диктаторов, о том, в какой стадии сейчас находится процесс «интеграции» и идет ли процесс вообще.

Что я знаю и чего не знаю

Я знаю, что вопрос об инкорпорации Беларуси в Россию все последние десятилетия не снимался с повестки дня в Кремле, но всегда помещался в «долгий ящик», откладывался на потом. Но я не знаю, под каким номером этот вопрос стоит в актуальной повестке дня.

Я знаю, что Владимир Путин не собирается уходить с поста главы России после окончания очередного президентского срока, и в президентском окружении прорабатываются несколько сценариев продления его полномочий. Все сценарии так или иначе предполагают переписывание конституции Российской Федерации. Но для изменения конституции нужны веские причины и основания. В разработке находится несколько вариантов, придумываются различные причины и основания для изменения конституции. Одним из оснований может стать объединение России и Беларуси в единое государство. Но я не знаю, является или вариант объединения основным или только запасным.

Я знаю, что российскими пропагандистами распространяются два противоречащих друг другу мифа про Беларусь. Основной миф утверждает, что беларусы и русские — один народ, ничем друг от друга не отличаются и все беларусы хоть сейчас готовы с радостью и благодарностью влиться в Россию, только Лукашенко и его окружение этому препятствуют. Другой миф, напротив, уподобляет Беларусь Украине, где тон задают «западэнцы», националисты, «бандеровцы», и вот-вот случится беларусский майдан, который Россия обязана предотвратить любой ценой. Но я не знаю, в какой из мифов больше верят в России и какой из мифов станет официальной версией Кремля в случае реализации сценария инкорпорации Беларуси. От того, какой из мифов будет избран в качестве основного, зависит то, насколько грубой и кровавой будет реализация.

Я знаю, что все слова Лукашенко о независимости и суверенитете — пустая риторика. Ценностью и целью для него является только власть. Пока независимость и суверенитет Беларуси остаются условиями его власти. Он будет готов принять и другие условия вместо этих, если цена его устроит. Торг независимостью тянется уже больше двух десятков лет, значительная часть суверенитета уже продана. Но я не знаю, о чем торгуются президенты России и Беларуси на этот раз. Что выставлено на продажу и какова цена?

Я знаю, что за соглашения о т.н. «Союзном государстве Беларуси и России» мы заплатили большую цену. Развитие страны затормозилось на десятки лет. Мы упустили возможность сделать нашу промышленность конкурентоспособной при рыночных ценах на энергоносители, поставили всю экономику в зависимость от другой страны. Мы и сейчас теряем на экспортно-импортных операциях, поскольку они отрегулированы в пользу России, а не Беларуси. Мы опоздали с развитием транспортной и логистической инфраструктуры, в инвестировании в инновационные отрасли экономики. Социальные, культурные, гуманитарные потери вообще не поддаются учету. Мы не контролируем информационную сферу и сферу образования. Поставили беларусский язык на грань выживания. Почти убили кинематограф, книгоиздательство, популярную музыку. Теряем позиции в туризме, рекреационном бизнесе, отдали россиянам сферу развлечений, открыв для них множество казино. Но я не знаю, понимают ли все это граждане Беларуси и правительство.

Я знаю, что инкорпорация Беларуси в Россию обернется огромными, неисчислимыми потерями для нашей страны, для абсолютного большинства людей. Ущерб и потери понесет от этого понесет и Россия. Очень немногие в России это понимают, а те, что понимают, не могут ничего изменить. Но я не знаю, многие ли беларусы это понимают. Многие ли понимают? Сколько из тех, кто понимает, готовы что-то предпринимать, чтобы не допустить беду в нашу страну, в каждый дом?

Что я должен и что я могу делать и сделать

Знаю я или не знаю, что понимают и думают мои сограждане, я должен делать то, что в моих силах, чтобы предотвратить беду.

Но моих сил заведомо недостаточно. Общую беду можно отвести только сообща, объединенными усилиями, солидарными действиями. Герои, спасающие мир и человечество, хороши в книгах и кино. Ни один герой, ни группа героев не могут спасти всех, особенно, если люди не хотят спасаться.

А то, что в стране есть много людей, которые не хотят спасаться от нависшей угрозы, мне известно.

Часть населения подвержена российской пропаганде. Эти люди даже мечтают об инкорпорации с Россией.

Значительная часть находится под влиянием беларусской пропаганды о братских отношениях, о западной угрозе, о прелестях советского строя и социализма.

Еще большая часть общества заражена «стокгольмским синдромом», комплексом «выученной беспомощности». Пассивная часть общества убеждена, что от общества, а значит, и от их личных действий ничего не зависит, они ни на что не могут повлиять, поэтому даже не думают о том, чтобы влиять.

Но есть граждане, готовые к самым радикальным действиям. Мне писали и звонили люди, сообщая, что они готовы даже взяться за оружие. Что ж! Если дойдет до такого, я с ними. Вот только, это жест отчаянья. Партизанщина в XXI веке в Европе неэффективна.

Плошча, или Майдан, чтобы любому было понятно, будет в любом случае. Но выйти на площадь, еще не значит решить проблему. Успех Плошчы-Майдана определяется количеством и продолжительностью, тем, СКОЛЬКО нас будет на Плошчы и как ДОЛГО мы готовы стоять. Выйти и уйти — это для очистки совести. А победить можно только упорством, стойкостью и мужеством, высочайшей организованностью и дисциплиной. Выйти, мы выйдем. Сколько нас будет? Как долго мы продержимся? Хватит ли нам организованности, дисциплины и ответственности?

Я хочу предотвратить беду, хочу победы. И знаю, что многие этого хотят. Но многие — это сколько? Не знаю.

А что если нас будет мало? И нам не хватит стойкости и ответственности?

Иногда, так бывает, человек должен совершать поступки, даже если нет надежды на победу. Просто по-человечески. Понимая, что иначе поступить невозможно.

Я не буду принимать российское или какое-то союзное гражданство ни при каких условиях. Даже если все остальные люди примут.

Я не уеду, не убегу из страны, чтобы ни случилось, какой бы кульбит ни выкинула история. Даже в случае оккупации мечта о независимой Беларуси не должна умереть. И сохраниться мечта может только людьми, живущими в Беларуси, чтобы с ней не происходило. Кто-то должен мечтать и передать мечту следующим поколениям. Мечту и цель. Пока есть цель, есть надежда на ее достижение.

Я знаю, что многие думают сходным образом. И поступать будут также. Не знаю, сколько нас.

Мне говорили с сомнениями, что, может быть, еще не время вслух говорить обо всем этом. Ведь еще ничего неизвестно. Слова и поступки должны быть своевременными. И чем серьезнее риски, чем важнее цель, тем значительнее ошибка. «Сегодня рано, а завтра поздно». И спешить вредно, и опаздывать опасно.

Вреден фальстарт с Плошчай. Вредна паника и алармизм.

Но предупреждение об угрозе и опасности не бывает преждевременным. Не будет преждевременным и предупреждение о том, что президенты не имеют права и не могут решать за народ, за общество, за человека и гражданина.

Они должны знать, что их решения, какие бы варианты не разработали их «рабочие группы», не будут окончательными. Решать будет общество.

Ну а я хочу знать, что решает общество, чтобы знать, как поступать мне самому.

Я знаю, что я буду делать при любом варианте разворачивания событий. Я буду действовать так, как решаю я, и не буду ориентироваться на то, что решают другие. Но мне важны те, кто думает так же, как я, и будет поступать так же, как я.

Я гражданин независимой Республики Беларусь и останусь им навсегда, чтобы ни делали предатели независимости и сколько бы их ни было.

Мое решение

Свое решение я принял давно, и оно неизменно. В октябре 1998 года я уведомил о своем решении президента Лукашенко, он тогда еще был легитимным, законно избранным. На фотографиях газета с моим заявлением.

Такое же заявление ушло смещенному в результате государственного переворота спикеру парламента Семену Шарецкому и тогдашнему российскому послу. Тогда вместе со мной заявления с таким же текстом отправили более пятидесяти руководителей Конгресса демократических профсоюзов, от председателя Геннадия Быкова до председателей многих первичных организаций. Насколько я знаю, такие же письма были направлены по этим адресам еще многими членами профсоюзов и другими людьми. Сколько таких заявлений было, мне не известно. Но они были, и власти об этом знали.

Такие же заявления можно писать и сейчас. Правда, парламента в стране нет уже 22 года. Но ОНИ ДОЛЖНЫ ЗНАТЬ нашу позицию.

Сколько нужно таких заявлений? Я не знаю. Чем больше, тем лучше. Когда-то под моим текстом поставили подписи 120 000 граждан Беларуси. Думаю, что этот рекорд пока не побит, и я не собираюсь его бить. Сейчас, как и в конце 1990-х, значение имеет личная гражданская позиция.

И эту позицию нельзя скрывать и прятать. Никогда не стоит скрывать и прятать гражданскую позицию, а уж перед лицом угрозы нельзя ни в коем случае.

Независимость нашей страны — наша общая ценность, наше достояние. Если миллион граждан выскажет свою позицию, с этим никто не сможет не считаться. И тогда мы выйдем на Плошчу праздновать очередную годовщину нашей независимости, а не протестовать против ее продажи.

Я не хочу в Россию! А вы?

Я никогда не буду русским, российским гражданином! А вы?

Текст впервые был опубликован в блоге Владимира Мацкевича в Фейсбуке.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»: http://t.me/methodology_by!


Другие публикации