Владимир Мацкевич: Капитал, или Светлана Тихановская и революция

28.01.2021
Владимир Мацкевич, философ и методолог

Капитал — это не вещь, а процесс. Капитал нельзя зафиксировать числом, суммой, но процентом от суммы. Или, иначе, процесс упрощенно описывается модулем вектора и первой производной

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»!

Миллион-миллиард может быть капиталом, а может и не быть. Это определяется процессом, в котором эта сумма оборачивается, и прибавочной стоимостью, которую она приносит.

Категория «капитал» заимствуется из политэкономии другими дисциплинами, и сейчас в ходу категории: «социальный капитал», «политический капитал», «культурный капитал», «символический капитал».

В принципе, все виды капитала, включая финансовый, это символический капитал. Различия только в том, в каких шкалах можно измерить сам процесс и производную — прибавочную стоимость или ценность.

Финансовый капитал хорошо описывается в единицах метрической шкалы, культурный капитал можно описать только в шкале порядка, оперируя категориями: «больше», «меньше».

Правда, любой вид капитала можно монетизировать и описывать в деньгах и процентах.

Виды капитала конвертируются один в другой.

Предприниматель, зарабатывая большие деньги, может конвертировать свой финансовый капитал в социальный или политический, и, наоборот, поп-звезды или успешные спортсмены конвертируют свой социальный капитал в денежный.

И сам капитал, и процессы конвертации капитала одного вида в другой подчиняются определенным закономерностям и осуществляются по определенным правилам.

Но любой капитал можно растранжирить.

Можно превратить капитал в сокровище, т.е. исключить из процесса. И тогда исходная сумма подвержена инфляции, или энтропии. То, что когда-то приносило прибыль, прибавочную ценность, просто тает. Миллиард будет таять долго, а десять тысяч растают очень быстро.

Можно просто пустить накопленную сумму на потребление или проиграть.

Ну, в общем, об этом почти все знают, но редко кто разумно относится к капиталу, как к денежному, так и к любому другому.

Но общие рассуждения общими рассуждениями, а мы о Тихановской. Можно и о Лукашенко, и о Трампе, Путине, Навальном.

Кто о чем, а я о Тихановской.

Светлана Тихановская в мае 2020 года получила символический капитал своего мужа Сергея Тихановского. По беларусским меркам это был не малый капитал уже в мае, но к августу Светлана смогла нарастить его на несколько порядков.

Кроме того, в результате слияний и поглощений она получила в свое распоряжение капиталы Бабарико и Цепкало.

По состоянию на 9 августа Тихановская имела самый большой символический (политический) капитал в Беларуси.

Причем самый большой не только по состоянию на 2020 год, но и за весь период существования независимой Беларуси. Даже символический капитал Лукашенко по состоянию на 1994-1996 годы был меньше.

Что происходило с ее капиталом дальше?

Тут надо сделать некоторое отступление, воспользоваться аналогиями с предпринимательским капиталом.

Предприниматель (по Шумпетеру) начинает с символического инновационного капитала, привлекая под свою идею инвестиции и распоряжается ими под своим брендом. То есть, пользуется именно символическим капиталом, конвертированным в финансовый.

Но ведь не сам!

На его капитал работают наемные менеджеры, консультанты, юристы, рабочие, в конце концов.

Что имела Светлана Тихановская в августе 2020 года?

  • Бренд. Этот бренд ей подарила Лидия Ермошина по ошибке. Она оказалась единственным зарегистрированным кандидатом, который мог быть раскручен в национальном масштабе.
  • Команду маркетологов и пиарщиков, доставшихся от штаба Бабарико, которые смогли капитализировать выдающуюся находку — трио: Мария Колесникова, Вероника Цепкало, Светлана Тихановская. Как бы ни были прекрасны Мария и Вероника тем летом, всё было капитализировано под брендом Светланы.
  • Миллионы голосов избирателей. Здесь снова приходится прибегать к аналогиям. «Выборы» не состоялись. Голоса никто не считал, поэтому невозможно измерить электоральный (политический) капитал на метрической шкале — в цифрах поданных голосов. Здесь работает принцип аукциона и измерение по шкале порядка — Светлана получила больше всех. И все знали, что больше всех, но никто не знал, сколько именно. А поскольку «выборы» в Беларуси фальсифицировались всегда, и в советские времена, и потом, но ни разу никто не обгонял Лукашенко, то этот качественный результат сработал на резкое приращение символического капитала Тихановской.
  • Многотысячные протесты начиная с дня голосования. Дело в том, что в идеологии старой оппозиции делалась ставка на 100.000 людей на улицах. 9-го и 10-го августа и в последующие дни на улицы выходило в 2-3 раза больше людей. Капитал Тихановской продолжал расти. И в сентябре достиг максимума.
  • Символический капитал Светланы Тихановской в сентябре 2020 года стал международным. На него сработала беларусская диаспора, подключились мировые лидеры.

Что происходит с капиталом, когда он достигает максимальных показателей?

Тут приходится иметь дело с двойной теоремой Котельникова (Найквиста-Шеннона) в интерпретации Павла Фадеева.

Если продолжать деятельность в том режиме, который был до достижения максимума, то процесс замедляется и капитал перестает расти, давать прибавочную ценность.

Необходимо переходить на другой уровень, менять содержание деятельности.

Но этого не произошло.

И накопленный Тихановской символический капитал начал таять.

Нужно вспомнить, что Светлана Тихановская щедро делилась своим капиталом.

Уже в августе она диверсифицировала свой капитал, инициировав создание Координационного совета (КС).

Но те, с кем она поделилась своим капиталом, обошлись с ним совершенно бездарно.

КС не только не смог прирастить полученный капитал, но растратил почти всё, что получил.

Немного иначе поступил с частью доставшегося в его распоряжение капитала Павел Латушко.

Он единственный из членов президиума КС смог нарастить свою часть символического капитала и стал вторым после Светланы Тихановской политиком в оппозиции режиму.

Он смог нарастить свой капитал, но не общий капитал под брендом Тихановской.

Сейчас есть бренд Латушко и бренд Тихановской, но нет синергии, взаимного усиления этих брендов и частей капитала.

Когда после достижения максимума капитал начинает таять, начинается «борьба за наследство».

Появляются желающие получить свою долю от оставшейся суммы, и они могут думать, что смогут распорядится своей долей лучше, чем сам владелец.

Еще одна неприятность на этом этапе — это плохой менеджмент. Вместо выхода на новый уровень, менеджмент пытается выжать всё, что можно из старых форм деятельности, не замечая, что эта деятельность уже перестала приносить прибавочную ценность.

Что мы имеем на момент января 2021 года?

По методике Computer Assisted Web Interview (CAWI) британский институт Chatham House (The Royal Institute of International Affairs) зафиксировал перемещение Светланы Тихановской с первого места по популярности в ноябре 2020 года на пятую позицию в январе 2021 года.

Конкретные цифры не имеют принципиального значения, важна динамика. Символический капитал Светланы Тихановской стремительно падает.

И продолжит падать, если не будет найдено решение проблемы Фадеева.

Что это означает для нашей революции и ее динамики?

Светлана Тихановская — символ революции.

Конкретный символ конкретной революции.

Если ее символический капитал будет таять и растрачиваться, то он не может перейти к кому-то другому, пока не закончится эта конкретная революция. Никто не сможет приватизировать бренд Тихановской. И она не может никому передать свою символическую власть.

Эта власть возникла из разных факторов летом 2020 года, но один фактор системообразующий — поданные за Светлану голоса избирателей. Ни Бабарико, ни Колесникова, ни Латушко не имеют этого в своем распоряжении. Это есть только у Тихановской, и это фундаментальный фактор.

В определенных рамках, этот фактор позволяет конвертировать символический капитал в юридическую легитимность.

Только Светлана Тихановская может инициировать переговорный процесс с сохраняющим силу режимом.

И никто не может ее заменить в этом качестве.

Только она может вести переговоры в ситуации двоевластия и добиваться компромиссных договоренностей с режимом, вести процесс к формированию временного правительства.

Если за стол переговоров с нашей стороны сядет кто-то другой (Латушко и т.п., кто угодно), то режим потребует капитуляции. Именно к этому ведет афера Воскресенского и Ланкина.

Итак, символический, социальный, политический капитал Тихановской стремительно тает.

Вопрос только в том, когда он закончится.

Если не вывести революционный процесс на новый уровень, то оставшегося капитала Тихановской хватит только до весны (25 марта — критическая символическая дата).

Но сейчас капитал еще есть. И этим нельзя пренебрегать.

Этим капиталом необходимо пользоваться для получения прибавочной ценности — для достижения победы революции.

Для этого нужно перестать делать то, что делали, и запустить новые процессы.

Светлана Тихановская — выдающийся человек. Я не перестаю ею восхищаться. Но она может то, что может. Она уже смогла почти невозможное.

Дальше дело за менеджментом, за штабом. А у нее вместо штаба клуб из тех, кто только пользуется ее символическим капиталом, не приращивая его.

Ну, как-то так. Времени осталось совсем немного.

Текст впервые был опубликован в блоге Владимира Мацкевича в Фейсбуке:

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»: http://t.me/methodology_by!


Другие публикации