Эксперты: Внешняя политика Беларуси основана на принципе «Молчи и плати!»

06.12.2013
Змитер Лукашук, «Еврорадио»

Что нового услышали политики от министра иностранных дел Беларуси Владимира Макея во время Саммита Восточного партнерства, выясняет «Еврорадио».

Проанализировать вильнюсскую речь Владимира Макея в студию «Еврорадио» заглянули международный обозреватель Роман Яковлевский и руководитель Центра европейской трансформации Андрей Егоров.

«Еврорадио»: В своем выступлении на Саммите Восточного партнерства в Вильнюсе министр иностранных дел Беларуси Владимир Макей обращает внимание руководителей ЕС на три «фальшивых выбора», которые ЕС ставит перед странами-партнерами. Первый из таких «фальшивых выборов» — «свой путь развития или модель ЕС». Беларусский министр упрекает еврочиновников, что страны-партнеры поставили перед выбором, каким образом развиваться, а это, мол, неприемлемо. Справедлива ли эта претензия к ЕС со стороны Макея?

Андрей Егоров: То, что наши власти выставляют такой тезис, — для них естественно. Но я не думаю, что там есть именно такой выбор. Ну, никто же не заставлял Беларусь подписывать Пражскую декларацию Восточного партнерства в начале этой инициативы и входить в это партнерство! И никто теперь не мешает Беларуси развиваться так, как она хочет. Но, в таком случае, сложно ожидать от Евросоюза какой-то помощи в таком развитии: с чего бы это Евросоюзу финансировать антиевропейские тренды в странах-соседях? А прогресс в отношениях с ЕС явно зависит от тех действий, которые предпринимает страна сама: либо она хочет идти ближе, и тогда будут более тесные отношения, либо — не хочет, и тогда этих отношений, как с Беларусью, не будет.

«Еврорадио»: Далее Владимир Макей утверждает, что ЕС, в рамках Восточного партнерства, должен искать свою комбинацию взаимоотношений с каждой из стран-партнеров, подбирать свой ключик, а не подходить ко всем с одной концепцией...

Роман Яковлевский: ЕС стремится развивать свои отношения со странами-партнерами, отталкиваясь от тех базовых ценностей, которые существуют в европейских странах. А официальный Минск любит говорить о так называемом прагматизме. В его редакции это звучит так: торгово-экономические отношения и прежде всего — финансы, а что касается свободных выборов, свободных медиа, прав человека, то... Если же Макей говорит, что это ошибочная позиция — либо так, либо так, — то напомню, что еврокомиссар Фюле предложил такую мирную доктрину, как Европейский диалог по модернизации с Беларусью. Не только с учетом особенностей беларусской политики, но и с учетом особенностей характера человека, который все у нас определяет. Здесь стоит вспомнить слова Фюле в ответ на эти тезисы Макея: «Мы очень спокойно относимся к таким словам Макея, но нам нужны дела, а не слова». Поэтому, когда Макей призывает учитывать особенности той или иной страны, то, естественно, они учитываются. И если мы говорим о Вильнюсском саммите, то видим такой результат: Грузия и Молдова свои планы осуществили на данном этапе развития и парафировали соглашения об ассоциации с ЕС, другие остались при своих планах. Какими бы они ни были.

«Еврорадио»: Третий «фальшивый выбор», перед которым поставили ЕС, — «или Восток, или Запад». А мы — за единое пространство от Лиссабона до Владивостока, мы — за интеграцию интеграций...

Андрей Егоров: Если рассуждать теоретически и абстрактно, то это очень красивая идея. Но для этого необходимо соответствие стран, лежащих на востоке от ЕС, определенным стандартам современного развития. Прежде всего, эти страны должны демократизироваться и наладить нормальную рыночную экономику, ввести либеральные ценности в общество. Если Россия, Украина и Беларусь станут демократическими, нормы и стандарты — одинаковыми, тогда ко всеобщей пользе будет единое пространство от Лиссабона до Владивостока. Где были бы свободными перемещения товаров, людей, капиталов. Но пока эти страны избирают путь, совершенно несовместимый с нормами и правилами жизни, которые приняты в ЕС. К примеру, ЕС — очень открытое пространство для функционирования рыночных и торговых отношений, там нет серых зон, там работает суд, который решает все проблемы, которые возникают. И обратную ситуацию мы видим на востоке от ЕС. Где непонятно, как все это работает, где олигархические интересы, где нетарифное регулирование, где экономика связана с действием политических инструментов, где мы не знаем, что говорит Путин Януковичу, после чего тот вдруг полностью меняет свое решение относительно ассоциации с ЕС. В таких условиях такая интеграция интеграций — идея-фигня. И особенно — думать, что здесь Беларусь, в том состоянии, в котором она сейчас находится, может стать региональным лидером.

Роман Яковлевский: Вильнюсский саммит продемонстрировал, что наибольшего успеха в европейских интеграционных процессах достигли Грузия и Молдова, где прошли выборы, признанные свободными и соответствующими европейским стандартам. И именно эти две страны из шести стран Восточного партнерства являются парламентскими.

Андрей Егоров: Это демонстрирует, что нет никакого выбора между Востоком и Западом — есть выбор между современностью и несовременностью, развитием и отказом от этого развития. Сегодня европейская модель является самой современной, и те страны, которые ее выбирают, попросту выбирают путь развития и современности, а те, которые не выбирают этого, они остаются в прошлом. Мы так и живем — в прошлом.

«Еврорадио»: Что, на ваш взгляд, нужно, чтобы инициатива «Восточное партнерство» стала «реальным проектом, который приносит конкретные результаты»?

Андрей Егоров: Сложный вопрос... Есть значительные проблемы в самом Евросоюзе, который подходит к восточным соседям с наивными представлениями о состоянии их развития и организации жизни в этих странах. ЕС заимствует из предыдущих успешных проектов расширения основную схему, на которой строилась эта политика расширения. Когда выдвигаются определенные условия, которые этим странам необходимо выполнить, чтобы получить помощь ЕС в реформировании. Но эта вещь работает тогда, когда люди, правительства, гражданское общество этих стран желает присоединения к ЕС, у них есть высокая мотивация выполнять эти условия, менять что-то внутри своих стран. Но сейчас эта мотивация в странах Востока не такая сильная, какой она была в странах Восточной Европы в начале 90-х годов прошлого века. Поэтому эта модель, которую нам предлагают, «больше за большее», и которая продолжает ту политику расширения, — она не очень хорошо работает. Доказательство тому — Беларусь, Украина, Азербайджан. Думаю, еще впереди те проблемы, которые возникнут в ходе реализации соглашений об ассоциации с ЕС в Молдове и Грузии. Поэтому, в нашем случае, Восточное партнерство должно «инструментализироваться» — стать инструментом для изменения ситуации в этих странах. Для этого нужно вводить политические инструменты и возвращаться к той политике интересов, которая была в ЕС в начале его существования. Это вынуждает ЕС взаимодействовать с проевропейскими силами в этих странах, развивать их, устанавливать с ними специфические отношения. Координировать действия для того, чтобы ситуация в странах-партнерах двигалась к тому, чтобы происходила демократизация и принятие европейских стандартов. Это достаточно тонкая политическая игра, которая требует усилий интеллектуальных, технических. И это не столько деньги, сколько больше ума в этой политике. Если таким образом будет переформулирована новая политика Восточного партнерства, тогда она будет более эффективной, чем сегодня.

Роман Яковлевский: Сложности для успешности Восточного партнерства создают и отдельные лидеры стран-партнеров — Янукович на Вильнюсском саммите это хорошо продемонстрировал. Неуверенности добавляет и то, кто будет следующим председателем в Евросоюзе — Греция. Сегодня у этой страны не очень... позитивный имидж. Мы знаем, сколько финансовых проблем добавила Греция ЕС. Но! Известно, что в скором времени будет кадровая ротация Еврокомиссии. Будет новый председатель и внешнеполитического ведомства, и офиса, который сейчас возглавляет Штефан Фюле. Говорят, что на место Кэтрин Эштон придет нынешний министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский. Если будет внешнеполитическое ведомство Евросоюза возглавлять Сикорский, то больше энергии будет добавлено вообще внешней политике Евросоюза, которой сегодня единственной нет — она так, координируется. И, безусловно, это касается и инициативы «Восточное партнерство».

«Еврорадио»: Как у вас все сложно! А вот у министра Макея все проще: «Для того, чтобы Восточное партнерство стало реальным проектом, который приносит конкретные результаты, мы должны сделать его более заметным, более привлекательным, более уникальным в смысле обеспечения возможностей и механизмов повышения уровня благосостояния людей». В общем, вы раскритиковали все основные пункты из его речи. Было ли все же там заложено какое-то значительное послание Евросоюзу?

Андрей Егоров: Он же ничего нового не сказал! Эта позиция повторяется с 19 декабря 2010 года — ничего не изменилось. Вообще мне кажется, что вся внешняя политика Беларуси руководствуется одним принципом: «Молчи и плати!». И что на Восток, что на Запад — она одинакова: «Не лезьте в наши внутренние дела, а давайте деньги. Не захотите давать деньги — мы не будем с вами ни интегрироваться, ни дружить!» Это касается в одинаковой степени отношений как с Россией, так и с Евросоюзом: «Мы готовы развивать с вами отношения только в том случае, если будете выделять деньги за демонстрацию нашей к вам любви».

Роман Яковлевский: Когда Макея временно вычеркивали из «черного списка», то аргумент был таков: «Послушаем, что Макей скажет ходе Вильнюсского саммита». Ну, вот и услышали. А слова Фюле «нужны дела, а не слова» — ответ на вопрос: «Что нового европейцы от Макея услышали?». А вот роль неправительственных организаций в рамках Восточного партнерства после этого Саммита будет усиливаться. Это станет реакцией Брюсселя и на финты Януковича, и на финты Макея. Когда я слышу от некоторых общественных активистов, что Макей — личность проевропейская, надежда либерализации режима, то ответ очень прост: человек, который не признает существования в нашей стране политзаключенных, не может быть проевропейским. А это препятствие — главное для нормализации отношений с Евросоюзом. И у меня такое впечатление, что оно и будет оставаться. Пока Минск не пойдет навстречу ЕС в этом вопросе. А выступление Макея свидетельствует, что пока такие признаки отсутствуют. Значит, отношения с официальным Минском будут холодные, а вот гражданское общество будет усиливать свой вес в Восточном партнерстве.

«Еврорадио»: А как же слова Макея, что Беларусь готова начать переговоры по облегчению визового режима — разве это не новость?!

Роман Яковлевский: Тестом на серьезность этого намерения станет судьба Соглашения о малом приграничном движении с Литвой и Польшей. Документы уже давно ратифицированы и подписаны, но так и не действуют из-за позиции Беларуси.

Андрей Егоров: Я надеюсь, что переговоры относительно облегчения визового режима начнутся, потому что это на пользу гражданам Беларуси и здесь выигрывает, прежде всего, сама страна. И это хорошо, что государство пошло на то, чтобы наконец что-то хорошее сделать для своих граждан. Но это не является значительным прогрессом в отношениях с Евросоюзом — это предложение было сделано Беларуси Евросоюзом более двух лет назад! Ко всему, даже это заявление Макея еще ни о чем не свидетельствует: они пока не сели и не начали говорить по этому визовому предложению. И когда этот процесс начнется, неизвестно.

Роман Яковлевский: Я думаю, что пока существует список невъездных в Евросоюз беларусских чиновников во главе с Лукашенко, ничего не изменится, будет одна болтовня! Напомню, сегодня только беларусы платят за шенгенскую визу 60 евро! Никогда Лукашенко не пойдет на то, чтобы беларусам визы стоили 35 евро, пока он будет в этом списке.

«Еврорадио»: Изменит ли что-то Вильнюсский саммит в отношениях между Беларусью и ЕС?

Андрей Егоров: Ничего не ожидалось, ничего и не произошло. И это зависело от той позиции, которую занимала сама Беларусь. В течение двух лет — от Варшавского до Вильнюсского саммитов — ничего не было сделано, и ждать какого-то прогресса в отношениях не приходится. Поэтому ситуация для Беларуси осталась такой же, как и была. А заявления Макея относительно переговоров по визовому вопросу свидетельствуют, что дипломатические переговоры и движение навстречу могут произойти. Но произойдут ли они в реальности — это еще вопрос.

Роман Яковлевский: Хотя для меня стало неожиданностью, что во время Саммита независимые журналисты, в том числе «Еврорадио», имели возможность задать свои вопросы Макею, и он на них ответил.

«Еврорадио»: Параллельно Саммиту в Вильнюсе проходила конференция гражданского общества — как вы оцениваете его результат?

Андрей Егоров: Я довольно скептически отношусь к участию гражданского общества в этих событиях, и я не очень доволен содержанием речей основных спикеров — как со стороны европейских стран, так и со стороны стран Восточного партнерства. Все потому, что все избегали давать четкие оценки тому, на какой стадии развития сегодня находится Восточное партнерство: что произошло, а что не произошло, кто выиграл, а кто проиграл в этой ситуации. Таких жестких фиксаций, которые необходимы на следующем этапе развития, не было сделано. Не было предложений, что дальше делать с Восточным партнерством и как его модернизировать. А необходимость этого есть! А гражданское общество не воспользовалась этой возможностью. Притом что лидеры гражданского общества не связаны дипломатическими рамками и официальными должностями — они могли бы говорить более открыто. Причем мы находимся в ситуации отсутствия каких-либо сдвигов, если нет возможностей похвастаться какими-то результатами проделанной работы в рамках Восточного партнерства — как в официальной части, так и в неофициальной. Единственное, что они могли сделать, — актуализировать беларусский вопрос с правами человека, отсутствием основных прав и свобод в Беларуси с состоянием гражданского общества. Это было сделано, но это — минимальное событие, которое мало на что влияет.


Другие публикации